Что такое хорошо

11 июля 2017

В процессе разговоров о том, что такое дурновкусие, выяснилось, что однозначного ответа здесь нет.



 

АРТ 

Кирилл Бородин, художник

В обществе стерлась грань между «профессиональным» и «любительским» искусством, и мастер-классы формата art&wine, популярны, как никогда. Пусть будут, но нужно понимать, что они никак не связаны с искусством и саморазвитием. Bad taste – это когда человек не имеет образования и оправдывает себя – мол, я художник в душе, а этому ни на каких курсах не научишься. Хорошим вкусом сейчас считается умение разбираться в современном искусстве. Я же думаю, что нужно отделять зерна от плевел. Картинка, сделанная на мастер-классе под вино за три часа, не может быть качественной, ровно так же, как и инсталляция, выполненная без осознания художественных традиций. Ну и, безусловно, хороший вкус – это инвестиции в профессиональное искусство, ведь только тогда оно будет актуальным и доставлять удовольствие.

 

Саша Баженов, художник

Тема дурновкусия субъективна и относительна. Мне, например, нравится Гера Метелев – он искренний и свободный, но многие художники могут со мной не согласиться. Сейчас мы запутались в понятиях: кто такой художник, должен ли он продаваться, каким должен быть его путь. И это легкомыслие я считаю дурным вкусом. Отчасти, кстати, это касается и меня.

 

Марина Альвитр, хозяйка галереи Alvitr Gallery

Дурной вкус – это повесить вместо хорошей картины ее репродукцию, распечатанную на клеенке в дешевом пластиковом багете. И такое встречается везде: в недорогих кафе, магазинах, даже у некоторых в гостиных. Лучше потратить тот же бюджет на недорогую, но оригинальную работу начинающего художника. К тому же, признак хорошего вкуса – это внимание к молодым артистам, произведения которых, пусть, пока и стоят, как та самая клеенка. Не проходите мимо Славы ПТРК, арт-группы «Злые», Юлии Абзалдиновой, Никиты Шохова и Саши Баженова.

 

ФИЛОСОФИЯ 

Игорь Усенко, fashion-фотограф

Для меня показателем вкуса в фэшн-фотографии всегда было то, захочет ли снимки опубликовать мировой глянец. Большинство фотографов ориентируются на «свою деревню». Лидерами же в этой отрасли всегда были и будут Милан, Париж, Лондон и Нью-Йорк, и их нужно воспринимать как «эталон качества». В российской фэшн-фотографии таких фотографов немного:  Николай Бирюков, Юрий Тресков, Эрик Панов, Игорь Павлов, Данил Головкин. А в Екатеринбурге отмечу Романа Митченко в beauty-съемках и Лешу Пономарчука, который дает фору многим в андеграундном фешне.

 

Дмитрий Кунилов, владелец Fame Studio

У меня своя профессиональная деформация. Для меня дурной вкус – это плохая фотография по свету, сюжету, смыслу. Конечно, есть законы жанра, нарушать которые можно, но это должно быть художественно обосновано. Короче, я не люблю сэлфи (за исключением очень уж красивых), и не люблю бизнес-портрет с телефоном у уха. Ну, а про перебор с фотошопом в обработке можно умолчать. Если позитивные вибрации исходят от кадра – это признак хорошего вкуса. Поэтому просмотр репортажей с «горячих точек» мне дается непросто, хоть я и уважаю фотографов, которые их снимают. Правда, говорят, что и там уже много фейков. И да, сегодня видел наружную рекламу УрФЮИ. Ну, это же ужас: два «вырезанных» человека на фоне здания института – привет, девяностые!

 

Юрий Лишенко, фотограф

Вкус как категория оценки, и фотография как искусство находятся в процессе глубоких изменений. Фотография как таковая – это уходящая натура, она превратилась в хобби. Та, фотография, которую принесли нам цифровые технологии – уже и не фотография в строгом смысле слова. Это синтетическое творчество и по своей сути, и по технологии. Изображения из фотоаппарата – лишь этап создания финальной картинки. Говорить, что мало фотошопа – это хорошо, а много – плохо, что существует какая-то мера или набор инструментов, которые допустимы, невозможно. Все зависит от задач, которые необходимо решить в каждом отдельном случае. Сейчас фотография доступна, и каждый может попробовать в ней себя. Парадокс, что в этих условиях она не часто поднимается до высокого искусства – ей мешает ее основной заказчик – рынок.  Задача фотографии не только продаваться, но и продавать. Именно отсюда возникает упрощение –  оно облегчает массовое восприятие. Правда, вместо легкости чаще возникает чувство усталости от однотипных образов, узнаваемых сюжетов, поз и характерного несоответствия внутреннего и внешнего. Не все так катастрофично, и в рамках бизнеса найдется место творчеству. Именно профессиональный подход превращает сюжет в историю, когда снимок притягивает и не теряет свою остроту и живость со временем. Ведь только время – лучший критерий ценности любых вещей и хорошего вкуса в том числе.



 

СМИ

Телегамобиль, канал в Telegram

Так как телегомобиль задумывался как субъективная оценка вечеринок и всего к ним причастного, судить о вкусе или его отсутствии нам довольно легко. Узнать, с какими людьми пройдет вечеринка можно просто по афише: представители «окраин» города (а их большинство) любят включить в нее все от слова «напихать». Там и колонки, там и нарисованная (украденная из сети интернет) толпа людей, 100500 чьих-то имен мелким шрифтом. Создатели вечеринок для людей с претензией на вкус, конечно, уже что-то слышали о минимализме в дизайне, но решили, что это не про них. Ненужной информации, но видимо придающей веса, – в их афишах с избытком. «Огонь Пляж», например, поместил на постер названия хитов хэдлайнера открытия сезона – видимо, чтобы заранее освежить память определенной целевой аудитории.

Если рассматривать канал как масс-медиа, то вкус и дурновкусие в работе коллег настолько острая проблема, что режет сердечко редакции без ножа. Друзья, делать статьи, где вам (о, какое совпадение) все нравится, больше не модно. Не нужно думать, что если вы назовете определенных людей «селебрити» (привет, сленг гламура двухтысячных), то они полюбят все ваши издания до последней буквы. Чувствовать, что «вкусно», а что нет – сложно. Писать бессмысленные тексты, окрашенные в нейтральный цвет – так легко, что Екатеринбург живет ими уже лет пять. Кстати, при таком раскладе реагировать с возмущением или бесконечными похвалами на каждую «простыню» текста в фейсбуке – бесценно.

 

Елена Сальник, редактор портала «Моменты»

Вкус в журналистике складывается из многих аспектов. От подбора тем – почему из сотен ежедневно происходящих в Екатеринбурге событий мы выбираем то, а не иное, до подачи этих тем в издании, как в языковом, так и в визуальном плане. Мы – «агентство ярких новостей», и точки опоры нашего вкуса отражаются уже в слогане. Писать про унылого Васю Пупкина – так мы и до мышей дойдем. Событие, герой должны быть достойны попасть на страницы издания. Ну, а писать о разных ничего не значащих персонажах, лишь бы заполнить эфир, это и есть, на мой взгляд, дурновкусие. Как и неуважение труда других людей и воровство их новостей. Дурновкусие – писать для своего читателя казенным языком. Говорить, кто конкретно так делает, я не буду, поскольку оскорблять конкурентов – это тоже дурновкусие.

 

Вера Тарасова, директор «Бизнес и жизнь»

Для меня плохой вкус – это пафос, граничащий с пошлостью. Мне всегда бросаются в глаза материалы о людях, которые демонстративно счастливы. К сожалению, и в «Стольнике» тоже такие материалы проскальзывают. На том же фейсбуке все мы видим пары, которые выкладывают счастливые фотографии, но за ними ни иронии, ни какого-то сюжета. Другое дело, например, семья Фейгиных. Они не просто красивые и улыбающиеся, но и всегда что-то делают вместе: занимаются йогой, конным спортом, теннисом. Другими словами всегда в их фото есть определенный осмысленный подтекст и обязательно самоирония. Человек без самоиронии – яркий обладатель дурного вкуса.

 

PARTY-TIME 

Артем Зверев, арт-директор «Дом Печати»

Если совсем все упростить, то богатые отдыхают безвкусно. Владельцы хотят, чтобы к ним ходила модная и богатая публика. Но таких мало, поэтому акцент сдвигается только в сторону обеспеченности. Гости должны “делать" кассу. А чтобы они "сделали" кассу, им должно быть приятно. Но ведь богатым горожанам нужна Лобода и Монатик во второсортных музыкальных ремиксах от диджеев, у которых сценические прозвища кончаются на OFF. И тут у пропасти находится второе дно: ведь на богатых и успешных, как мухи на мед, летят ванаби (от англ. wanna be – пытаться быть). Оп, и у тебя полный бар или клуб, который скачет под какое-нибудь говно, “папики" “делают" бар, а ванаби делают селфи с единственным за весь вечер бокалом Апероля. Пока у людей есть запрос на говно, найдутся и те, кто в дорогом фантике это говно им подаст. Приучать или показывать людям, что кроме «лабутенов» есть еще другая танцевальная музыка, никто не будет – это дорогое и неблагодарное занятие. 

 

Евгений Кексин, владелец баров «Огонек», «Юность»

Давайте поговорим о том, что я считаю дурным вкусом у клиентов. Кричать бармену «Эй» или спрашивать,  что в баре самое дешевое. Туда же – садиться за зарезервированные столы или подсаживаться навязчиво к девушкам. Ясно, что за люди снимают обувь в заведении или кладут ноги на стул. Бывают и те, кто курит кальян, если за соседним столом люди с детьми. А еще и те, кто спорит с барменом про качество-количество алкоголя и доказывает, что он якобы не настоящий. Пей – не спорь!

 

Антон Бочкарев, арт-директор бара «Мизантроп»

Безвкусица в общепите – что-то вроде того, что предлагают в тюремной столовой, где первое и второе на один вкус. По-моему, вкус является показателем развитости общества, мерилом его запросов и степени осознанности. Вкус вырабатывается, когда появляется выбор, повышается планка требований. При этом важно понимать, что нет универсального хорошего вкуса, который был бы ценим всеми сразу и всегда. Многие вещи назывались безвкусицей перед тем, как признаться классикой и наоборот. И если я считаю безвкусицей кальян, караоке или красные мокасины, то это не значит, что со мной должны согласиться коллеги по цеху и их гости.



 

MAKE-UP

Евгения Зиновьева, хозяйка студии Kudri Brovi

Так как вся моя команда – это близкие по духу и стилю мне люди, то с безвкусицей я встречаюсь редко. Но могу сказать точно, что маркером хорошего вкуса для меня является использование качественной косметики, дорогих кистей и чистое рабочее место – обратное для себя не приемлю. Другой признак дурновкусия – это сплетни. Знаю, что некоторые приходят к мастеру, чтобы поболтать, а в нашей студии всегда приятная атмосфера и обсуждение исключительно результатов, которых мы хотим достичь.

 

Катя Кац, студия Make my Day

Хороший вкус у визажиста складывается благодаря многим факторам. Сейчас в этой сфере правит Инстаграм. Ко мне иногда приходят девочки и говорят: «Я хочу так же». Но я понимаю, что так же – это значит, слишком много косметики на лице, либо вообще не подходящий для клиента вариант. И здесь главное, уметь найти золотую середину. Знаю визажистов, которые транслируют исключительно свое видение. А другие привыкли ставить акценты только на глаза и губы, создавать этакий королевский шик. На Урале примерами хорошего вкуса я бы назвала Яну Коптякову и Машу Смородскую.

 

Яна Коптякова, make-up artist

Хорошим вкусом обладают те девушки, которые не пытаются спрятаться за макияжем. Все эти тонны штукатурки из лучших времен Ким Кардашьян – уже прошлый век. Сейчас нужно уметь показать себя и, если и делать акцент, то один и в меру. Сегодня мнения клиентов разделились пополам, и тем, кто настойчиво показывает картинку макияжа с жесткой коррекцией, я все же не могу отказать. Ведь навязывать свое – тоже признак дурновкусия. Да, и к тому же вместо меня с этим отлично справляются масс-медиа. 

 

FASHION

Юна Ильина, хозяйка Uno Fashion

Моя деятельность связана с образованием в индустрии моды. За три дня и три тысячи рублей невозможно стать экспертом. Но я часто вижу, как выпускники подобных курсов начинают давать свои мастер-классы. Модному рынку Екатеринбурга не хватает бренд-менеджеров, пиар-специалистов, продюсеров, event-организаторов, и меня глубоко оскорбляет отсутствие вкуса у преподавателей школ стиля, ведь многие из них даже не знают реальных крутых стилистов типа Галы Борзовой или Миши Барышникова. Когда я делала двухдневный fashion-интенсив для дизайнеров от настоящих профессионалов, где билет стоил условные копейки, что я получила в ответ от наших дизайнеров? «Нам неинтересно, мы все знаем. Мы на Рогова пойдем, а на Ядерную – фи». В этом всем и заключено дурновкусие. Стилисты знают все о трендах, но не знают историю моды. Дизайнеры пачками ходят на Рогова, но не знают о Высшей Британской Школе дизайна. Стилисты-блогеры готовы тратиться на накрутку подписчиков, но не готовы тратиться на образование. Школы имиджа обучают на своих курсах стилистов, и их выпускники научились штурмовать «Зару». Вкус можно развить, только вкладываясь в свое образование, хорошие книги и путешествия.

 

Нина Ручкина, бренд Nina Ruchkina

Честно, я не являюсь примером хорошего вкуса. Но для меня его примером являются те, кто умеет сочетать уникальность и уместность. Юля Погребинская всегда идеальна, депутат Игорь Данилов внимателен к гардеробу. Евгений Мак нескучно подходит к имиджу. Алена Григорян и Юлия Михалкова тоже одеваются так, что можно долго рассматривать, обсуждать и спорить – а это значит «хорошо»!

 

Ульяна Донских, бренд Borismama

Кто определяет в нашем обществе, что такое хороший вкус? Еще не так давно названные маргиналами люди, сегодня имеют общественное признание. Давайте возьмем любого художника – практически ни один из них не был признан при жизни. Вкус – это собственное видение жизни. Вкус – это то, что исходит изнутри и не подлежит обсуждению. Для одного мое творчество будет безыскусным, а другой найдет в нем то, что искал всю жизнь. 



 

EVENT

Елена Теребенина, издатель журнала «Екб.Собака.ru»

Для меня тема дурновкусия – больная. Часто его жертвами становятся те, кто считают, например, что им не нужно нанимать ивент-специалиста, ведь они все могут сами. И начинается: звукорежиссер появляется на вечеринке, одетый не пойми как, ведущий не успевает выучить весь сценарий и то и дело ошибается или впечатление гостям портят еще на пороге. С последним я столкнулась сама не так давно, когда меня пригласили на открытие ресторана «Grand Урюк». На вход поставили красивых, но безынициативных девочек, которые не увидели меня в списке приглашенных и отказали во входе. Конечно, через полчаса я получила извинения от менеджера, но осадок все равно остался. То ли дело мероприятия Велнес- клуба «Тихвинъ» – меня всегда восхищало, как персонал легко запоминает каждого гостя в лицо и обращается по имени. Такое всегда подкупает.

 

Анна Решеткина, директор Buro100

Для меня дурным вкусом является безоглядное следование некой концепции и попытка повторить чей-то успех, пересняв как кальку все составляющие. «Хотим как в Огоньке», «Хотим екатеринбургский Парк Горького», «У Гинзы такие музыканты не играли» и т.д. Есть так называемый эффект Гершенкрона, который говорит о том, что одно и то же не может повториться, потому что изменятся как минимум место и время. Но чаще всего повторить пытаются, шаги влево-вправо делать боятся, не дают реальности случиться и происходить свободно, а в итоге скучновато живем. Скучновато жить – для меня страшное дурновкусие.

 

Никита Харисов, промоутер, арт-директор

Хороший вкус – это места и мероприятия, сделанные не под копирку, продуманные до мелочей и приносящие в городскую жизнь что-то новое. Для меня такие примеры – это «Мизантроп», Уральская Индустриальная биеннале, Караоке-баттл от Buro100 и вечеринки «Тесноты». Плохой вкус же – это когда людей считают за быдло и думают, что они схавают все, а этим грешат девяносто процентов увеселительных заведений нашего города. 

 

ГАСТРОНОМИЯ 

Олег Ананьев, ресторатор

Понимание гастрономии, как любого другого вида искусства – один из признаков полноценной личности. До сих пор чаще всего заказывают «Цезарь» и «Карбонару», потому что они понятнее и проще для людей с нетренированными рецепторами. И таких большинство. Во время кризиса такая статистика на руку узбекскому общепиту. Там жирный плов, и мясо с картошкой, а значит, люди будут это есть, потому что сытно, вкусно и дешево. Развитие вкуса в гастрономии обусловлено также экономическими условиями и ограниченностью в возможностях. То есть, есть деньги – есть возможность пробовать что-то новое, кроме пельменей. Я научился развивать хороший вкус у гостей. Нужно давать им право выбора и ждать хороших времен. Глядишь, после девятого заказа Цезаря, они попробуют свеклу с горгонзолой, а потом втянутся. Это как в живописи – “насматриваешься”, чтобы потом видеть пятьдесят оттенков серого.

 

Андрей Бова, шеф-повар Barboris и 1991

Дурным вкусом обладают шефы, которые боятся выйти к гостям, а такое сплошь и рядом. В ресторане есть хостес, менеджер, сомелье, готовые задушить своим гостеприимством, но знать шефа в лицо у нас не принято. Я всегда выхожу в зал и знакомлюсь с гостями – иначе, как можно приготовить что-то с любовью, если не знаешь, для кого.

 

Кирилл Шлаен, директор «Реста Менеджмент»

Представления о хорошем и дурном вкусе в ресторанной сфере постепенно меняются, хотя и не быстро. Первое проявление дурновкусия, с которым можно столкнуться в ресторанах – это знаменитые вопросы «Вас ожидают?», «Вы будете один?» и другие попытки спросить о бронировании стола в форме неуместного уточнения подробностей личной жизни. Хуже этого может быть только заискивание любого рода. Особенно приделывание уменьшительно-ласкательных суффиксов к словам: водочка, селедочка вместе с семужкой, мяско, пивко и кусочек тортика. Еще один уродливый анахронизм – называть блюда в меню цитатами из русских пословиц, советских фильмов типа салат «Восток – дело тонкое, Петруха». Из прогрессирующего – орфографические и синтаксические ошибки. Из актуального – вера, что татуировки, борода, чайник hario и инстаграм могут улучшить унылый бургер, испорченное пиво, просто плохой кофе, и невкусный десерт. Не могут. В том числе, если последний без муки, сахара, глютена и лактозы. Хороший вкус – уметь делать что-то действительно хорошо. Не важно: кофе, чебуреки, огуречный фреш, хорошие интерьеры или продвижение. Быть в курсе трендов, но избегать грубых заимствований. Хороший вкус плохо поддается копированию.

 

Продюсер: Аня Елисеева

 



Смотрите также

0

Двенадцать юных и прекрасных дочерей благородных семейств Екатеринбурга снялись для календаря «Стольника» на 2014 год. Премьера календаря – на вечеринке в конце года, а знакомство с самыми завидными невестами города через интервью и портреты кисти дизайнера Никиты Баранова – уже сейчас. 

0

Пока одни находятся во власти распространенного мифа, другие его разрушают. Девять пар на практике доказали, что близкие отношения и общий бизнес не исключают друг друга.

Комментарии (0)