Lifestyle Мода Колумнисты Интервью Beauty Ресторация Пространство Съёмки Видео
Арт-директор Галереи Синара Арт Дарья Костина: Важно понимать
Текст: Екатерина Погодаева Фото: Алексей Чистополов

Арт-директор Галереи Синара Арт Дарья Костина  — о том, чем "болеет" сегодня сообщество галеристов, что ждет искусство в ближайшем будущем и почему меценаты так полюбили эту сферу в последнее время.



1___1_1200x800.jpg

В сфере искусства все держится на балансе профессиональной экспертизы и интуиции

Дарья, как и у всех мировых институтов, у галеристов есть собственное сообщество. О чем сегодня говорят в вашей среде, какие проблемы обсуждают?

В сфере искусства есть три крупных направления – дилерское, то есть галереи, музеи как держатели художественного наследия и выставочные институции, которые в просветительском ключе работают с разными аудиториями и их запросами. Галерея Синара Арт совмещает в своей деятельности все три этих вектора. Других подобных примеров мы пока не видим — кто ещё мог бы быть и частной выставочной институцией, и дилером, и одновременно оперировал бы своей большой коллекцией, которая с самого начала формировалась как открытая для зрителей. Во всех сферах обсуждаются сегодня разные проблемы.  Если говорить про галеристов, то их очень волнует сейчас покупательская способность клиента и то, как сегодня вообще продавать искусство. Ведь для того, чтобы человек принял решение о покупке, он должен увидеть предмет вживую. Встречу искусства и покупателя  раньше организовывали, в первую очередь, ярмарки современного искусства во всем мире. Но этот сегмент оказался под серьезной угрозой в связи с событиями пандемии коронавируса. Практически все ярмарки были отменены. По сути, в традиционном офлайн-формате состоялась в этом году только Cosmoscow, 11-13 сентября на ней были представлены постоянные участники-галереи, а также практически впервые смогли показать себя  некоторые галереи из регионов: за счет того, что европейские дилеры в большинстве своем не смогли приехать.  Ярмарка-сателлит Blazar также состоялась в Москве, в ней принимали участие совсем молодые художники. В отличие от традиционной ярмарки, здесь молодые авторы могли заявить о себе сами, а не только при помощи галерей. Обе ярмарки стали «глотком свежего воздуха», потому что многие делились своей болью о чрезвычайно изменившейся связи с покупателями только онлайн. Представителей всех направлений в арт-сфере, конечно, беспокоит, как создавать качественный онлайн-продукт, как искать для него ресурсы, ведь это недешевое удовольствие, и как этому продукту найти путь к своей аудитории и быть ей интересным. Обобщая сказанное, сегодня у всех нас —  галеристов, кураторов, арт-менеджеров, музейщиков, существует потребность развиваться сразу в двух направлениях – онлайн и офлайн. 


2___2_600x600.jpg

Анатолий Калашников. Ветреный день. 1977. Коллекция Галереи Синара Арт



Вы считаете, искусство когда-нибудь сможет полностью перейти в онлайн?

Все выставочные площадки столкнулись с проблемой того, как им сохранить и усилить связь с аудиторией, не имея возможности принимать посетителей в своих залах. Выставки, мероприятия, экскурсии – это главные инструменты нашей коммуникации и главные продукты, которые мы для потребителя готовим. Когда все закрылось на карантин, мы, естественно, стали думать о формате онлайн и о том, каким образом удержать фокус аудитории. Мы провели аудит того, как мы работаем с нашими пабликами в соцсетях. На выходе из периода карантина мы вместе с нашими коллегами из других музейных и галерейных институций участвовали в круглом столе по инициативе Музея ИЗО, где все делились опытом  «удаленной» работы с аудиторией. В результате этой дискуссии стало понятно, что все выбрали разные пути. Мы, например, ушли в социальные сети и сделали ставку на насыщенный контент, а также освоили формат онлайн-выставок. Мы понимаем, что без онлайн уже не обойтись. Но, в то же время, я считаю, что онлайн никогда не заменит настоящую выставку и взаимодействие искусства и зрителя, зрителей между собой. Я думаю, для аудитории такой резкий переход тоже был испытанием, ведь все вынужденно стали перестраиваться, и в какой-то момент наступила усталость от интернет-информации.  Сегодня многие констатируют – онлайн не заменяет реальную жизнь. Мы это очень хорошо чувствуем. Саму атмосферу выставки и энергетику произведений не передать через экран. 


4___3_690x900.jpg

"Это естественный процесс, когда материальное потребление перерастает в символическое. У человека активируется необходимость потребления смыслов, а не вещей"


К вопросу о том, где искать ресурсы: сегодня помогать развитию разных видов искусства – очень популярная история среди меценатов. Почему в последние 5-10 лет все внезапно обратились к искусству?

Вопрос поиска ресурсов на создание и продвижение своих проектов давно остро стоит перед выставочными институциями. В этом смысле, грантовые благотворительные программы серьезно помогают музеям. К примеру, инициативы  Фонда Потанина очень встряхнули музейное  сообщество, научив музейщиков делать проекты. До этого мало кто из них осознавал разницу между просто выставкой и проектом. Сейчас же пришло понимание целевой аудитории, ее запросов и потребностей, которые нужно закрывать, понимание, что невозможно нравиться всем и нужно выбирать, для кого ты будешь работать. Меценатство сегодня в культурной среде актуально, потому что есть, куда направлять ресурсы, и можно увидеть результат. 


3___3_690x900.jpg

Виктор Корьякин. Мыслитель. Из серии «Последние лучи». 2019. Коллекция Галереи Синара Арт

И все же откуда такой всплеск интереса к искусству среди потребителей в том числе?

Мне кажется, это достаточно естественный процесс, когда материальное потребление перерастает в символическое. У человека активируется необходимость потребления смыслов, эмоций и впечатлений, а не вещей. Если у человека уже все есть, он хочет чего-то более возвышенного. На Западе этот процесс начался намного раньше, чем у нас. Мы только к этому движемся, и свидетельством этому становятся  частные институции, галереи, фонды, музеи. Появляются люди, которые могут позволить себе собирать коллекции, содержать здание для выставок, одновременно с этим возрастает интерес у зрителя. Понемногу через образовательные ресурсы, через информационную повестку, через культурные мероприятия, в том числе, крупные, как индустриальная биеннале у нас в Екатеринбурге, зрители начинают приходить к мысли, что искусство бывает разным, что это не только пейзажи Шишкина. Оно может быть необычным, но все равно говорит о сегодняшнем дне. А понимать, что оно говорит, важно для того, чтобы ориентироваться в жизни, видеть те процессы, которые происходят вокруг нас, и осмыслять их. Такое движение разных интересов навстречу друг другу и вызвало этот всплеск. 

"Всегда важно показывать преемственность истории и современности, демонстрировать, что нет какого-то «водораздела» между ними"


Также активно развивается идея доступного коллекционирования, которую мы в Синара Арт стараемся продвигать. Суть ее в том, что собирать коллекцию не обязательно только при наличии больших средств или грандиозного намерения комплектовать свое собрание исключительно  крупными именами. Коллекционирование может начинаться с маленьких шагов и быть безболезненным для бюджета.  Сейчас появляется все больше молодых художников, которые только выходят на сцену и готовы работать с разными институциями, представлять себя в разных форматах. И на начальном этапе работы этих авторов продаются по приемлемым ценам.  

Существуют ли в искусстве какие-то определенные тенденции в конкретное время? Или это не свойственно этой сфере?

Искусство очень разное сегодня. Конечно, активно сейчас развиваются новые технологии, так называемые новые медиа, световое искусство, сайенс-арт – это то, что идет в авангарде всего современного искусства, но и традиционные живопись и графика не отстают и на второй план не уходят. Сегодня многие живописцы обращаются к миксу, когда гиперреализм смешивается с абстракцией и приобретает сюрреалистическое звучание. Очень радостно для меня то, что развиваются тенденции к созданию произведений актуального искусства, основанных на ручном труде: это шитье, вышивка, работа с тканью. 


5___3_690x900.jpg

Владимир Селезнев. Супрематический натюрморт. Из серии «Супрематизм из Еврошопа». 2016. Коллекция Галереи Синара Арт

6___3_690x900.jpg

Владимир Жуков. Портрет. 1980-е. Коллекция Галереи Синара Арт


Кто сегодня из российских художников популярен на мировой сцене?

В первую очередь те, кто давно представляет Россию на крупных выставках и биеннале: группа AES+F, Леонид Тишков, нонконформисты, которые переживают очередной свой расцвет. К примеру, Ирина Нахова, относящаяся  к московской концептуальной школе и представлявшая в 2015 году Россию на Венецианской биеннале. Ну и конечно, это российские художники, давно живущие за рубежом: Илья Кабаков, Эрик Булатов, Виталий Комар, Александр Меламид. 

Расскажите, а как происходит отбор художников и их работ для выставок?

Этот процесс зависит от выбранной стратегии конкретной институции. Если, например, у нас реализуется стратегия  продвигать коллекцию, то, естественно, мы будем включать в наши временные проекты работы из нашего собрания. Нам также важно показывать преемственность истории и современности, демонстрировать, что нет «водораздела» между ними, поэтому мы часто объединяем в выставках произведения мастеров 1920-30-х годов и вещи, которые были созданы буквально вчера. Это позволяет зрителю увидеть, как одни и те же темы звучат в традиционных и современных медиумах, как преломляются. У нашей галереи есть программа «Новость», в рамках которой мы делаем первые персональные выставки молодых художников. Кураторы галереи специально ищут новые имена, смотрят Инстаграм, знакомятся с авторами, чтобы пригласить в программу.

В сфере искусства все держится на балансе профессиональной экспертизы и интуиции. Команда в Галерее Синара Арт имеет профильное образование и хороший кураторский опыт, но она опирается не только на свои знания, но и на свое чутье и видение того,  как художник будет развиваться и реализовываться в дальнейшем. 


Поделиться